Рефераты Борис Годунов

Вернуться в История

Борис Годунов
Борис Годунов.По смерти Ивана Грозного восемнадцать лет судьба русского государства и народа была связана с личностью Бориса Годунова. Род этого человека про-исходил от татарского мурзы Чета, принявшего в XIV в. в Орде крещение от митрополита Петра и поселившегося на Руси под именем Захарии. Памятником благочестия этого новокрещенного татарина был построенный им близ Кост-ромы Ипатский монастырь, сделавшийся фамильной святыней его потомков; они снабжали этот монастырь приношениями и погребались в нем. Внук Заха-рии Иван Годун был прародителем той линии рода мурзы Чети, которая от клички Годун получила название Годуновых. Потомство Годуна разветвилось. Годуновы владели вотчинами, но не играли важной роли в русской истории до тех пор , пока один из правнуков первого Годунова не удостоился чести сде-латься тестем царевича Федора Ивановича. Тогда при дворе царя Ивана явился близким человеком брат Федоровой жены Борис, женатый на дочери царского любимца Малюты Скуратова. Царь полюбил его. Возвышение лиц и родов че-рез родство с царицами было явлением обычным в московской истории, но та-кое возвышение было часто непрочно. Родственники Ивановых супруг погиба-ли на наравне с другими жертвами его кровожадности. Сам Борис по своей близости к царю подвергался опасности; рассказывают, что царь сильно избил его своим жезлом , когда Борис заступался за убитого отцом царевича Ивана. Но царь Иван сам оплакивал своего сына и тогда стал еще более, чем прежде, оказывать Борису благосклонность за смелость, стоившую, впрочем , послед-нему нескольких месяцев болезни. Под конец своей жизни, однако, царь Иван под влиянием других любимцев начал на Годунова косится, и , быть может , Борису пришлось бы плохо , если бы Иван не умер.Со смертью Ивана Борис очутился в таком положении, в каком не был ещё в Московском государстве ни один подданный. Царем делался слабоумный Федор, который ни в коем случае не мог править сам с должен был на деле пе-редать свою власть тому из близких, кто окажется всех способнее и хитрее. Та-ким в придворном кругу тогдашнего времени был Борис. Ему было при смерти царя 32 года от роду; красивый собой, он отличался замечательным даром сло-ва, был умен, расчетлив, но в высокой степени себялюбив. Вся деятельность его клонилась к собственным интересам, к своему обогащению, к усилению своей власти, к возвышению своего рода. Он умел выжидать, пользовался удобными минутами, оставаться в тени или выдвигаться вперед, когда считал уместным то или другое, надевать на себя личину благочестия и всяких добро-детелей, показывать доброту и милосердие, а где нужно - строгость и суро-вость. Постоянно рассудительный, никогда не поддавался он порывам увлече-ния и действовал всегда обдуманно. Этот человек, как всегда бывает с подоб-ными людьми, готов был делать добро, если оно не мешало его личным видам, а, напротив, способствовало им, но он даже не останавливался ни перед каким злом и преступлением, если находил его нужным для своих личных выгод, в особенности даже тогда, когда ему приходилось спасать самого себя. Ничего творческого в его природе не было. Он не способен был сделаться ни провод-ником какой-либо идеи, ни вожаком общества по новым путям: эгоистические натуры менее всего годятся для этого.В качестве государственного правителя он не мог быть дальнозорким, по-нимал только ближайшие обстоятельства и мог ими пользоваться для ближай-ших и преимущественно своекорыстных целей. Отсутствие образования сужи-вало ещё более круг его воззрений, хотя здравый ум давал ему, однако, воз-можность понимать пользу знакомства с Западом для целей своей власти. Все-му хорошему, на что был способен его ум, мешали, его узкое себялюбие и чрезвычайная лживость, проникавшая все его существо, отражавшая во всех его поступках. Это последнее качество, впрочем, сделалось знаменательной чертой тогдашних московских людей. Семена этого прока существовали из-давна , но не были в громадном размере воспитаны и развиты эпохой царство-вания Грозного, который сам был олицетворенная ложь
Добавить в Одноклассники    

 

Rambler's Top100