Рефераты Москва

Вернуться в Москвоведение

Москва
. На древнерусских иконах Москву
изображали в виде Небесного града Сиона – условного здания, на вершине
которого восседала Богородица. Именно так выглядит столица на иконе
«Церковь воинствующая» (16в.). На иконе Симона Ушакова «Древо жизни
Российского государства» (17в.) Москва тоже предстает «домом Богородицы».
Эти символы много говорили сердцу православного человека. Перед ним был
не только реальный город, но и его душа – идеальный образ всех городов
земли. План такого города должен был стремиться к кругу, олицетворяя
Солнце, а застройка поражать красотой и великолепием. Москва располагается
на дне огромной природной чаши, края которой образует 12 невысоких гор. С
их вершин город виден как на ладони. Стена Скородома составляла
своеобразные края этой чаши и тоже поднималась выше помещавшихся за ее
кольцом построек. Дно чаши занимал Царицын луг, посреди которого церквушка
Святой Софии. Поселение военных сотен на плане города 17в. имеют форму
равноконечного креста с центром в Белом городе и концами у разных ворот
Скородома. Таким образом, символически Москва представляла собой чашу для
причастия с крестом внутри.
Кремль выделялся своим расположением на холме в излучине реки. Опоясанный
мощными укреплениями, он воспринимался жителями как сердцевина города, его
самый заметный ориентир.
В наиболее защищенном от внешних вторжений центре Москвы располагались
богатые усадьбы знати. Здесь стояли большие дома с затейливыми кровлями и
башнями–повалушами. В его правильном кольце оказалось много пустошей,
которые были пригодны для дальнейшей застройки. Чем знатнее боярская
семья, занимавшая двор, тем выше тянулись к небу постройки. Слабо
укрепленные «застенья» населяла беднота. В описании поездки в Москву
датского принца Иоганна в начале 17 столетия отмечено, что в Московском
Кремле во «внутренней красной стене сосредоточена обширная торговая
деятельность, живут бояре, купцы, и есть много церквей и часовен… Между
белой стеной и деревянной оградой живет простой народ, очень
многочисленный». На планах средневековой Москвы хорошо заметна неровность
её улиц. От главных «мостовых», покрытых деревянным настилом, отходили
«сетки» и «веера» более мелких улочек и переулков. Эти улицы резко
отличались от своих европейских «родственниц», которые из-за тесной
застройки представляли собой непрерывные линии. «Мостовую» обступали с
обеих сторон высокие тесовые ограды с резными воротами, глухие стены сараев
и конюшен. Дома обычно строили в глубине дворов. Боясь воров и «гулящих»
людей, ночью хозяева спускали с цепи злых сторожевых собак. Лишь к началу
XVII в. в столице стало настолько безопасно, что ремесленники и торговцы
отважились рубить дома вровень с линией улицы. Благодаря этому окна лавок
открывались прямо на дорогу, что было удобно для торговли.
В 1629 г., после опустошительных пожаров, было решено расширить улицы
Белого города с двух до трёх саженей (с 4,3 до 6,4 м). Однако сделать это
предстояло только за счёт выгоревших дворов; те же усадьбы, которые пощадил
огонь, могли оставаться на прежнем месте. Когда этот указ был осуществлен,
городские переулки стали ещё более извилистыми. Ведь столица застраивалась
но старинному обычаю: кто где сел, там и дом срубил.
Боярские усадьбы занимали значительные пространства. Дом обычно окружали
сад, огород, баня, конюшни, погреба, амбары, даже собственные церкви. На
первом этаже просторного каменного дома с железными ставнями на маленьких
оконцах находились
-6-
кладовые и клети для челяди. На втором располагались парадная зала,
столовая, спальня,
молельня; на третьем, часто деревянном, — терема, опоясанные лёгкими
переходами. Усадьбы огораживали крепкими тесовыми заборами. Таких дворов в
Москве насчитывались сотни. В следующем, XVIII в. картина только
усложнилась: помещичьи усадьбы порой охватывали целые кварталы. На их
территории возникали улочки и переулки, которые назывались по именам
владельцев: Гагаринские, Трубецкие, Волконские
10 11 12 13 14 15 16 17 
Добавить в Одноклассники    

 

Rambler's Top100